Перейти на главную страницу сайта Феоктистова Александра Григорьевича
Персональный сайт
ФЕОКТИСТОВА
Александра
Григорьевича
RussianRUS EspanolESP

Новости

01.05. 2009.
Дао Аркада
Опубликован новый роман Дао Аркада. Это продолжение увлекательных приключений Аркада.
31.03. 2009.
Новый форум
Сегодня запущен новый форум. Теперь он многоязыковой. К сожалению пользователей и темы перенести со старого не удалось. Пожалуйста, зарегистируйтесь заново.
29.03. 2009.
Испанский сайт
Запущена испанская версия сайта. Вверху страницы появились языковые флажки.
01.06. 2007.
Стихи Анны Орловой
На странице стихов появились избранные стихи Анны Орловой.

Поиск



Rambler's Top100

Стихи

ХОСЕ МАРТИ

 

Yo  soy un hombre sincero
De donde crece la palma,
Y antes de morirme quiero
Echar mis versos del alma.

Yo vengo de todas partes,
Y hacia todas partes voy:
Arte soy entre las artes,
En los montes, monte soy.

Yo sè  los nombres extraños
De las yerbas y las flores,
Y de mortales engaños,  
Y de sublimes dolores.

Yo he visto en la noche oscura
Llover sobre mi cabeza
Los rayos de lumbre pura
De la divina belleza.

Alas nacer vi en los hombros
De las mujeres hermosas:
Y salir de los escombros,
Volando las mariposas.

He visto vivir a un hombre
Con el puñal al costado, 
Sin decir jamàs   el nombre
De aquella que lo ha matado.

Ràpido,  como un reflejo,
Dos veces vi el alma, dos:
Cuando muriò    el pobre viejo,
Cuando ella me dijo adiòs .

Temble    una vez en la rèja,
A la entrada de la viña,   -
Cuando la bàrbara   abeja
Picò   en la frente a mi niña.

Gocè  una vez, de tal suerte
Que gocè  cual nunca - cuando
La sentencia de mi muerte
Leyò   el alcalde llorando.

Oigo un suspiro, a travès 
De las tierras y la mar,
Y no es un suspiro, - es
Que mi hijo va a despertar.

Si dicen que del joyero
Tome la joya mejor,
Tomo a un amigo sincero
Y pongo a un lado el amor.

Yo he visto al àguila  herida
Volar al azul sereno,
Y morir en su guarida
La vìbora   del veneno.

Yo sè   bien que cuando el mundo
Cede, lìvido, al   descauso,
Sobre el silencio profundo
Murmura el arroyo manso.

Yo he puesto la mano osada,
De horror y jùbilo yerta,  
Sobre la estrella apagada
Que cayò    frente a mi puerta.

Oculto en mi pecho bravo
La pena que me lo hiere:
El hijo de un pueblo esclavo
Vive por èl , calla y muerte.

Todo es hermoso y constante,
Todo es mùsica y razòn,  
Y todo, como el diamante,
Antes que luz es carbon.

Yo sè   que el necio se entierra
Con gran lujo y con gran llanto. -
Y que no hay fruta en la tierra
Como la del camposanto.

Callo, y entiendo, y me quito
La pompa del rimador:
Cuelgo de un arbòl   marchito
Mi muceta de doctor.

Пер. О.Савича

Человек прямодушный, оттуда,
где пальма растет в тиши,
умирать не хочу я, покуда
не родится стих из души.

Прихожу отовсюду, как чувство.
Уношусь  в любые края,
с искусством  я – искусство,
на вершинах – вершина и я.

Я знаю много названий
редчайших цветов и трав,
знаю много гордых страданий
и смертоносных отрав.

Струились в ночь без просвета
дождем на меня с высоты
лучи чистейшего света
божественной красоты.

Я видел, как светлые крылья
у прекрасных жен вырастали,
я видел: из грязи и пыли
бабочки вылетали.

Мужчину я видел: с кинжалом,
вонзившимся  в грудь, он жил,
но ни разу вслух не назвал он
той, кто жизни его лишил.

Душу, канувшую бесследно,
два раза лишь видел я:
когда умер отец мой бедный,
когда ты ушла от меня.

Задрожал я лишь раз, - это было
в саду перед входом в сторожку,
когда злая пчела укусила
в лицо мою девочку-крошку.

Раз в жизни был рад я безмерно,
как  в час настоящей удачи:
когда приговор мой смертный
объявил мне тюремщик, плача.

Слышу вздох над землей и водой,
он, как ветер, коснулся нас,
но это не вздох, это мой,
это сын мой проснется сейчас.

Говорят, в самоцветах нужно
искать  и ценить чистоту, -
оттого-то верную дружбу
я любви всегда предпочту.

Я видел: орел был подстрелен
и взмыл к небесам голубым,
а гадюка издохла в щели,
отравлена ядом своим.

Я знаю: когда мирозданье
без сил, побледнев, затихает, -
журча, в глубоком молчанье,
тихий родник возникает.

Рукой ледяной, но бесстрашной,
с восторгом и суеверьем
я коснулся звезды погасшей,
упавшей у самой двери.

В груди моей, год за годом,
прячу боль, что сердце терзает:
сын народа-раба народом
живет и без слов умирает.

Все прекрасно, и все постоянно,
есть музыка, разум во всем,
и все, как брильянт многогранный,
было уголь, а свет – потом.

Я знаю, что толпы скорбящих
с почетом хоронят глупцов
и что в целом мире нет слаще
кладбищенских спелых плодов.

Молчу, обо всем размышляю,
не желаю прослыть рифмачом
и в пищу мышам оставляю
мой докторский пыльный диплом.