Перейти на главную страницу сайта Феоктистова Александра Григорьевича
Персональный сайт
ФЕОКТИСТОВА
Александра
Григорьевича
RussianRUS EspanolESP

Новости

01.05. 2009.
Дао Аркада
Опубликован новый роман Дао Аркада. Это продолжение увлекательных приключений Аркада.
31.03. 2009.
Новый форум
Сегодня запущен новый форум. Теперь он многоязыковой. К сожалению пользователей и темы перенести со старого не удалось. Пожалуйста, зарегистируйтесь заново.
29.03. 2009.
Испанский сайт
Запущена испанская версия сайта. Вверху страницы появились языковые флажки.
01.06. 2007.
Стихи Анны Орловой
На странице стихов появились избранные стихи Анны Орловой.

Поиск



Rambler's Top100

Проза

Алекс Фаг

Дао Аркада

ГЛАВА 10

Эрик Мулданов, известный специалист по глазной хирургии, проводил свою очередную  консультацию.  На  коленях у своей мамы сидела пятилетняя девочка. Мать что-то нашептывала ей на ухо, помогая доктору обследовать ее глаза. За день прошло несколько десятков пациентов. Между консультациями врачу приходилось также проводить операции. К концу рабочего дня усталость накапливалась,  как снежный ком, давила на психику. «Впору самому проконсультироваться у специалиста, -  подумал Эрик. – От  этих разных глаз у меня у самого уже радуга в глазах.  А впрочем, почему разных, ведь  я не заметил разницы в размере роговиц?».

Эта мысль настолько выбила его из колеи, что он  решил закончить прием на сегодня. Надо было кое с чем разобраться.  Размеры роговиц у маленькой пациентки и у ее матери были одинаковыми. «Как могло такое получиться? Ведь они разные по возрасту!». Этот вопрос не давал ему покоя. «Может быть, это мое ошибочное впечатление, вызванное усталостью? Надо будет уменьшить количество консультаций. У меня начинают появляться галюцинации, как и у моих пациентов. А вдруг это действительно так? Что влияет на размер роговиц? Надо провести исследование».  С этой мыслью Мулданов покинул свой кабинет.

Проведенные  исследования  размеров роговиц у  нескольких десятков пациентов клиники  подтвердили первоначальное мнение об их одинаковых размерах независимо от возраста пациента. Эрик сидел в своем кабинете, перелистывая страницы медицинских  изданий, пробегая статьи по  офтальмологии и неспешно прихлебывая кофе, которое ему приготовили обожающие его молодые медсестры. Для них он был богом, возвращавшим зрение слепым. «Странно, -  подумал он. -  Такое ощущение, что размер роговицы является константой человеческого организма. А что может на него влиять? Свет? Впрочем, нет, разные спектры света должны были бы повлиять на размеры. А они у всех людей, судя по данным проведенного исследования, одинаковы. Хотя, с другой стороны, где-то я уже читал, что все люди видят сны  в серых тонах. Но так ли это? Я ведь видел цветной сон и не однажды. Сон о пространстве, где были оранжево-желтые, красновато-зеленые  с синим оттенком  облака». Видимо,  тот журналист, прочитав что-то у анималистов о специфике зрения животных, перенес черно-белый цвет во снах и на людей.  Видимо,  сам он снов не видел. Так, так, так! Это уже что-то!».

Эрик прошелся по кабинету, подошел к окну, отодвинул  легкую занавеску и устремил взгляд в пространство  ясного солнечного дня. «Видимо, восприятие мира во многом зависит от  хрусталика глаза – он определяет, в каких тонах ты  или другое живое существо видит мир: в черно-белых или цветных, в однотонности или в разнообра-зии… Надо будет еще почитать что-нибудь в специальной литературе о природе света. Где-то мне встречалась информация о том, что в принципе свет может быть и твердым, и даже холодным.  Если вода  имеет способность превращаться  в лед, переходить в твердое состояние, так почему бы и свету не иметь такой возможности? С другой стороны, вода, превратившаяся в лед, это уже в строгом смысле слова  и не вода, потому что структура вещества в данном состоянии уже другая, нежели структура жидкой воды… Надо посоветоваться с коллегами».

*   *   *

Коллектив клиники образовался из людей, у которых в характере преобладал пытливый интерес ко всему новому, к познанию неизведанного. Этот общий интерес исследователя объединял их настолько, что даже многие свои выходные дни они проводили вместе в одной компании где-нибудь за городом, на природе. Вот и сейчас, по предложению старшего техника Юрия,  они отдыхали в деревеньке, в нескольких десятках километров от города, в одном из  крепких срубов на берегу реки, хозяева которого -  пожилая пара -  с радостью приняла  компанию молодых людей. Старик хозяин, на вид за шестьдесят лет, натопил им баньку, пока они плутали по ближайшему леску в поисках возможных грибов и ягод.

Баня всех разморила. Однако никто не спешил на отведенное для него место ночлега.  Шашлык  на углях, водка,  костер и звездная ночь  располагали к неторопливой  беседе одновременно и ни о чем, и о важном. Беседе с друзьями, которые не поднимут тебя на смех, даже если ты выскажешь, казалось бы, абсурдные  вещи, пытаясь донести до собеседников сокровенные  мысли, которые не дают покоя, прячутся глубоко в  тайниках души. Хотелось посидеть у костра, прислушиваясь к звездной ночи, тишину которой нарушал лишь тихий треск сгоравших веток да неторопливые рассуждения коллег.

-  Недавно мне попались на глаза интересные размышления нашей соотечественницы более чем двухвековой давности, Елены Блаватской.

Мурат  посмотрел на коллег, оценивая, насколько резко он вклинился в их  размышления, не нарушил ли своими словами их душевный покой.  Сидевшие у костра друзья  обратили на него заинтересованные взгляды. По  блеску их глаз он решил, что они с нетерпением ждут продолжения. Ночь действительно была прекрасной и располагала к неторопливой беседе. Он подбросил ветку в костер и продолжил:

-  Согласно ее представлениям, физическую оболочку каждого из нас, да и не только нас, а вообще -  животных, растений, вещей, покрывает еще одна, аурическая оболочка.

-  Мурат, по вашим словам получается, что даже камень имеет свою ауру?

-  Хорошо. Давайте порассуждаем. Что, по вашему мнению, составляет сущность, суть того же камня? Например, гранита или мрамора, или обыкновенного булыжника?

-  Ну, мне кажется, в нем вообще нет сути, а только содержание, которое… состоит… гм, из мелких песчинок, –  Юрий, самый прагматичный из всей их компании,  как бы в подтверждение своей мысли, зацепил концом башмака кучу песчинок и отбросил их в ночь.

-  Что же вы остановились? Продолжайте! Из чего же состоят эти самые мелкие песчинки? Если вы, Юрий,  логически продолжите эту мысль,  то вы получите следующий результат. Самые мелкие песчинки,  в свою очередь, распадаются на все более мелкие элементы. В конце концов,  мы с вами дойдем до сути любой вещи, до ее атомов. А дальше мы перейдем уже к невидимым даже современными приборами, но теоретически вычисленным частицам -  нейтронам, нейтрино, кваркам и какие еще там названия придумали физики… которые и составляют невидимую человеческому глазу оболочку и в то же время незримое содержание, суть каждой вещи. Ее физическая форма может предстать  в нашем зрении  в виде такого монолита, как глыба гранита или в виде медузы.  Но это совсем не означает сути того предмета, который видит наше зрение, и которое мы называем гранитом или медузой.

- Вот почему люди, исповедующие восточные учения, например из Индии,  называют все видимые нашим зрением физические предметы иллюзорными,  -  в беседу включилась одна из медсестер.

Эрик Мулданов, как руководитель коллектива,  приветствовал любые взгляды своих сотрудников, лишь бы они были на пользу человеческому роду. Но для него было новостью, что миловидная молодая медсестра  его клиники увлечена восточными верованиями. Поэтому он с интересом стал прислушиваться к беседе.

Между тем Катенька, как ее ласково называл весь врачебный персонал  вне зависимости от пола, продолжила свою мысль:

- Не с точки зрения ошибки нашего зрения. Нет, оно не ошиблось; оно увидело монолит и назвало его гранитом. Но наше зрение как инструмент познания ограничено. Оно не может проникнуть за толщу монолита. С точки зрения нашего разума зрение все же ошиблось – оно приняло за неизменяемый во времени монолит вещество, которое может измениться, разрушиться в любой момент времени под действием определенных сил.

- Вот, вот. Именно об этом я и говорю, -  поддержал ее мысль Мурат. - Стало быть, каждое видимое нами вещество окружает невидимая  нами оболочка этого вещества, состоящая из невидимых элементов, или,  как говорят оккультисты,  элементалов.

- Мурат, откуда ты все это знаешь? Я не замечал раньше за тобой увлечения оккультизмом.

- Я же в самом начале сказал, что я узнал все это из книг нашей соотечественницы, Блаватской. Но суть не в этом. Логически завершая рассуждение  Катеньки,  теперь скажите мне, может ли обыкновенный булыжник иметь свою  ауру, т. е.  какую-то нейтринную внешнюю оболочку, которую мы неспособны видеть?  И  может ли он иметь свою внутреннюю суть, состоящую из тех же самых элементов, что и мы, которую мы не можем видеть?

Кто-то из темноты, лежавшей за кругом  света от костра, бросил реплику:

- Да, в таком ключе мы можем прийти к заключению, что любая вещь имеет свою ауру и даже  что  она имеет душу и может оказаться разумной?!

Мурата эта реплика не смутила:

-  Ну,  во-первых, почему вы отождествляете в своих рассуждениях «ауру», «душу» и «разум»? Это все же разные явления.  Свечение над зараженным радиацией полигоном – это тоже своего рода аура, но она не подразумевает наличие души, а совсем  напротив – ее отсутствие у тех, кто допустил подобное. А  во-вторых, о разуме – особый разговор.

Одна из медсестер уже  клевала носом, когда разговор ее коллег вывел ее из дремоты:

-  Мы вообще-то собираемся спать? Или вы так и просидите  всю ночь у костра за философствованием? Лично я уже  иду  спать. Где мне  наши милые хозяева отвели место? Кто-нибудь знает?

-  Лола, иди в общую комнату в доме, там постелено.  Найдешь какое-нибудь  незанятое спальное место, оно – твое.  Мы еще посидим. Жалко проспать такую славную ночь. Да и Мурат интересно рассуждает, хочется его еще послушать.

Мурат подбросил в костер еще несколько поленьев и сухих веток, так что взметнулось пламя, в разные стороны полетели искры, заставив сидящих близко к костру отпрянуть. На мгновение яркие всполохи осветили всех. Когда пламя успокоилось, сожрав тонкие сухие ветки, ночь вновь набросила темный покров на все за пределами небольшого круга, освещавшегося  костром. Как будто бы здесь и сейчас, перед их взорами происходила извечная битва света и тьмы. Но ночь брала свое, это было ее время.

-  Вначале давайте проясним наше понимание  ауры.  Одни наблюдатели приписывают обладание  аурой только живым разумным существам, т. е. человеку. Хотя по многим религиозным учениям аурой может обладать не только человек, но и  человекоподобное существо, не-человек, например, так называемые ангелы или дьяволы.  Другие мыслители допускают существование  ауры как некоей энергетической оболочки вокруг физического тела  животного. Третьи утверждают, что она присуща всему живому и наблюдается, что можно проверить экспериментально, вообще у  всякой животной и  растительной жизни; т. е. даже у растений есть своя  аура.

-  Но, Мурат, согласись, что  среди современных  ученых, которые погрязли  в так называемых «измах»  - материализме, идеализме – и черпают пищу для своего  мозга  в них, вы не найдете такого исследователя, который бы утверждал, что камень имеет свою ауру, – в разговор включился Эрик. Он явно заинтересовался.

-  К сожалению, большинство современных ученых  именно таковы.  И,  конечно же, они никогда не признают, что и камень может иметь свою ауру. Но и я этого не утверждаю, я только поставил вопрос. Думаю, знанием о структуре духовного и физического миров обладали наши древние предки. Возможно,  кое-где  это древнее знание  все еще  сохранилось, хотя бы какая-то часть его.

- В Индии, в Тибете, может быть, в Гималаях, -  подала голос  Катя.

– Духовный мир! – Юрий обошел всех с бутылкой водки, налив в каждый  стакан по четверти. Разливая напиток, он продолжал бурчать:

-  Им занимаются религии. У каждого человека свой Господь. У одного Господь предстает в виде фаллоса, у другого -  в форме пистолета, у третьего – в виде распятого Христа, у четвертого – в слитке золота.  И мы восклицаем: «О, Господи, как ты многолик!».

-   Да, здесь, Юрий, я с тобой полностью согласен, – Мурат опрокинул стакан в рот, выдохнул, поискал глазами тарелку, на которой, кажется, оставались кусочки недоеденного шашлыка.  Не обнаружив их,  он закончил:

-  У одних народов, племен, рас, правителей, церковных иерархов  он выступает под таким-то именем или в таком-то образе; у других – под другим… И каждая раса молится своему богу или своим богам. Это множество богов есть лишь отражение множества его  Я,  как  в  галерее зеркал. Сколько людей – столько и богов. Это  значит, что «БОГ» -  это внутреннее понимание и  восприятие  своего собственного Я…

Они еще долго сидели  рядом с баней, рассуждая обо всем и ни о чем. Никому не хотелось покидать это уютное пространство, образованное всполохами  пламени, которое выхватывало части предметов из непроглядной ночи, чтобы затем опять все погрузилось в темноту.

*   *   *

Как самому уважаемому члену их коллектива единомышленников, их руководителю, Эрику выделили  наиболее  приятное место для ночлега, где отсутствовала мошкара, было нежарко и в то же время нельзя было замерзнуть в предрассветных сумерках даже без одеяла.

Он лежал на чердаке, над баней, на топчане. Было тепло. Печка, еще не отдавшая весь  свой  жар тогда, когда они парились, только теперь стала проявлять свой характер.  После парной и шашлыков под водку  было так приятно сидеть у костра за неспешным  разговором  под  луной, глядя   на огонь. Казалось, пламя  костра  бесконечно и зовет  в темное звездное небо. И сейчас  ему не спалось.

Как  только компания разошлась по своим лежакам и он забрался на чердак над баней, он включил фонарик и попытался почитать какой-то роман. Оса, которая устроила свое гнездо в полутора метрах  от изголовья его топчана, на спуске крыши, забеспокоилась. Для нее  свет был неожиданным, возникшим вне ее режима жизни. Покружив вокруг топчана, обнаружив, что появившееся огромное существо и вместе с ним свет не причиняют опасности ее  сотам, она  вернулась в свое гнездо и успокоилась.

Роман не читался.  Он попытался уснуть.  В эту ночь ему снились странные сны.  В первом он увидел себя наблюдателем  в старом российском городе,  Санкт-Петербурге, стоящим на мостике через реку  Мойку. Он  ясно увидел, как по мостику проехала небольшая закрытая карета, остановившись  на спуске к  мостовой. Из кареты вышел важный господин в костюме  XVIII века  и вошел в парадную первого углового дома сразу у мостика. 

Дальше ничего не удалось увидеть. Сразу же после этой картинки он проснулся. Видение не пропадало,  как это обычно бывает со снами; оно продолжало ясно стоять перед глазами и было цветным.  Поэтому, покурив, он записал все подробности.

Снова лег спать. И уже другая картинка из прошлого привиделась ему во сне. В том же городе  на месте нынешнего Казанского  собора ему привиделось   какое-то святилище в виде конуса, высотой около десяти метров, которое было огорожено высоким деревянным  частоколом. И вдруг он увидел, как пламя охватило это святилище и  саму ограду.  Все запылало и почти сгорело, когда он проснулся. Ему подумалось, что стоит проверить, что было раньше на месте современного  собора  и  в какие века это было.

Странное это состояние – сон. Иногда во сне проскакивает калейдоскоп  различных событий, которые превращаются  в конце концов  в мешанину  из различных фрагментов и картинок. Очень редко, но все же иногда удается, проснувшись, вспомнить почти весь сон. Во время сна наш мозг почти принимает эти видения за реальные и, проснувшись и не замечая этого, мы часто уже в своих сознательных действиях руководствуемся  настроем, который был вызван видениями сна. Во время сна человеку можно внушить многое. Так не является ли  сон  тем инструментом, с помощью которого   высшие существа управляют нами и нашими поступками?

Эрик еще долго ворочался, обдумывая свои недавние видения и разговор у костра. «Сегодня Мурат высказал стоящую идею. Надо будет почитать литературу о верованиях  Востока и отправиться в экспедицию в те края. Может быть,  мы сможем обнаружить там что-нибудь и о природе света или хотя бы какие-то древние учения об этом». С этой мыслью он и заснул.

*   *   *

Экспедиция продвигалась медленно. В этой части Земли существовало еще множество самостоятельных государств, находившихся под протекторатом того  или иного крупного соседа. Чтобы организовать эту экспедицию, от ее руководителя, Мулданова, потребовались неимоверные усилия по преодолению  преград, создаваемых чиновниками нескольких стран. Вначале  они искали Шамбалу, легендарную страну, в которой, согласно древним  записям, должны были бы существовать или сохраняться представители предшествующих человечеству рас. Они  были любознательны и пытливы.  Но не так, как любопытны обезьяны. Они не доверяли современным им материалистическим  обезьяньим теориям о происхождении человека и  склонялись  к древним  экзотерическим учениям о том, что  скорее человек является предком обезьян, чем их потомком. Ими правил неутомимый дух исследова-телей, который  почти совсем отсутствует в животном царстве.

Почти год прошел в утомительных сборах. Снаряжение, подбор состава группы, текущие дела, оформление документов – все это отняло массу времени.

Им пришлось проделать большой кружной путь через Индию.

Но эта  их первая экспедиция  оказалась  не совсем удачной. Чиновные  барьеры между странами не позволили их коллективу попасть в Гималаи, куда они стремились с самого начала. Тем не менее, кое-чего  все же удалось  достичь. Общаясь с представителями разных школ йоги в Индии, они  познакомились с полумистическим  понятием, а может быть, даже и явлением – «сомати». В редких высказываниях  адептов разных школ восточных религий и философий они тут и там встречали отголоски древнего  знания, которое свидетельствовало, что некоторые  избранные предшественники современного человечества все еще существуют в этом мире, на Земле, в запечатанных пещерах в состоянии «сомати». И что они пребывают там в  анабиозе,  как страховой запас человеческого рода на случай всемирной катастрофы.

Вторую экспедицию они смогли организовать только через год. Во-первых, нельзя было оставлять без присмотра слепых пациентов, которые возлагали на них большие надежды. Во-вторых, сама по себе подобная экспедиция требовала больших затрат. Надо было собрать необходимое количество средств для ее осуществления. На этот раз они уже знали свои конкретные цели, и знали пути, которыми к ним лучше всего добраться. Попытаться найти остатки древних знаний о нашем мире и, если удастся,  найти пещеры «сомати». К пещерам Гималаев ведут разные маршруты, но не все из них приводят к цели…

*   *   *

Ровно через год им удалось организовать вторую экспедицию. На этот раз они хотели отыскать Город Богов. Каждый из них вкладывал свой смысл  в это название. Кто-то из них мечтал найти легендарную страну Шамбалу. Кто-то хотел действительно узреть страну богов, которым он поклонялся. А кто-то шел из присущего всем людям любопытства – а что же там  находится, что за диковинки?
Преодолев множество препятствий, они,  наконец,  достигли индийских Гималаев. Благодаря сокровенным беседам с одним из йогов они узнали, что недалеко от предгорий, куда они добрались, находится пещера Вашист-гуфа, которую йоги считают сомати-пещерой. Во что бы то ни стало попасть туда – к этому они стремились.

Пещера находилась достаточно высоко и подходов к ней, на первый взгляд, не было. Предстояло пройти альпинистский маршрут, который не был обозначен ни на одной карте. Решили сделать суточный привал, в течение которого попытаться малыми силами исследовать подступы к вершине,  на которую надо будет подняться.

Палатки расставили на ровном плато среди невысоких пригорков, которые не заслоняли общую панораму вздымавшихся к  небу вершин.  Лучи яркого солнца искрились на белоснежных склонах вздымавшихся ввысь вокруг их плато  хребтов всеми цветами радуги. Однако эти цвета не могли смягчить резкий контраст между голубым цветом неба, переходящим в насыщенно синий, белоснежным покрывалом гор и ярко-оранжевым цветом прозрачного воздуха, объединявшим эти два резких контраста в нечто единое, первозданное.

«Вот где писал свои картины Рерих, - подумал Эрик. – Вот где увидел он эти цвета».

Картины Рериха, русского исследователя Гималаев, представляли собой контрастные цвета,  без плавных переходов. Глядя на них, создавалось впечатление, что они написаны в какой-то новой авангардной манере, не совсем  точно отражающей реальность, но передающей некие ее символы. Однако сейчас, глядя на эту красоту контрастов – белый-белый снег, серые пики и скалистые отроги, голубое небо; причем цвета резко очерченные, контрастно отделенные друг от друга, так что между ними нет никаких цветовых переходов, Эрик вдруг понял, что Рерих, как истинный естествоиспытатель, пытался лишь зафиксировать в своих картинах виды, которые ему здесь открывались, ничуть не изменяя их и не приукрашивая.

-  Может быть, именно так выглядела легендарная Атлантида несколько  тысячелетий назад, -  задумчиво произнес молодой член экспедиции Борис, не отрывая взгляда от синевы неба. Сегодня он был дежурным по приготовлению пищи в их лагере. Поставив  котелок,  наполненный снегом, на походный керогаз, Борис совсем отвлекся от своих обязанностей. Юрий не преминул ему об этом напомнить:

-  Эй, приятель, ты не забыл о нашем завтраке? Смотри, вся вода выкипит. С чего это вдруг тебе пришли на ум мысли об Атлантиде? Мы в Гималаях, а это гораздо севернее того места, где она могла бы быть.

Борис вернулся к действительности. Стал открывать консервные банки и вываливать их содержимое в котелок: – Вы посмотрите, какое голубое, я бы даже сказал, синее небо! Наверное, и Атлантида когда-то вот так же  располагалась между высоких хребтов под таким же синим небом, а потом ее поглотил океан, – Борис замолчал и уже более сосредоточенно занялся приготовлением пищи для отряда.

- А почему ты решил, что она могла располагаться на юге?  И вообще, может быть, это просто легенда! – Мурат решил заснять  на пленку эту величественную картину и одновременно их отряд на ее фоне.  Он расчехлил  видеокамеру и стал водить ею вокруг себя, снимая все подряд. При этом он не переставал комментировать слова Бориса. – Может быть, Платон, живший за две с половиной тысячи лет до нас, любивший свой город Афины и своего учителя – Сократа, которого Афины убили, придумал Атлантиду?

- Да, но многие исследователи прошлых веков, особенно ХХ и ХХ?, находили артефакты, якобы принадлежавшие цивилизации атлантов.

-  Знаешь, Борис, в XVIII и  XIX  веках было  опубликовано  множество утопий, в том числе и в  форме художественных произведений о более  справедливом государственном устройстве.  Может быть,  и Платон воплотил свое учение о лучшем государственном правлении в утопическом рассказе об Атлантиде? Кто знает…

-  Вы забываете о прецессии Солнца  и изменении орбиты нашей планеты,  -  в разговор вступил Эрик, до этого молча любовавшийся красотой Гималаев. – 23 или,  по некоторым оценкам, 26  миллионов лет назад  произошло оледенение Антарктиды и Арктики из-за отклонения Земли от своей прежней околосолнечной орбиты. Полюса сместились. Там, где раньше росли папоротники, настало время льдов. Возможно, в те  давние времена легендарная Атлантида,  или Гиперборея, были на нынешнем севере, а Полярная звезда светила над Гималаями. Сама орбита Земли изменилась; она из круглой превратилась в эллиптическую за последние 100 тысяч лет. Это выразилось в изменении угла, образуемого  земной осью по отношению к околосолнечной орбите. На протяжении  сорока с лишним  тысяч лет он изменялся  от 22,1º до 24,5º.

Все примолкли,  устремив свои взоры на белоснежные шапки гор, любуясь этой первозданной красотой. Этот день был назначен днем отдыха для всех. Хотя, казалось бы, как можно свободно провести день в горах? Однако у каждого члена экспедиции нашлось чем заняться. Некоторые уже вооружились фотоаппаратами и кинокамерами. Женщины стали разоблачаться, чтобы поймать как можно больше солнечных лучей. Благо, хотя группа и была в горах среди снежных вершин, но при безветрии на ярком солнце можно было получить хороший загар. Члены экспедиции разбрелись по склонам, выискивая   какое-нибудь приятное местечко, чтобы позагорать, или отыскать что-нибудь любопытное среди  растений, слабые ростки которых пробивали себе путь в расщелинах скал. Так прошел день. К вечеру все вновь собрались у костра в ожидании чего-то необычного.

*   *   *

-  Ну,  и  где  этот ваш колдун? -  самый скептический член экспедиции поворошил палкой угли в костре, так что сноп искр устремился ввысь,  на мгновение озарив полукруг сидевших вокруг него. Лишь только одна сторона костра, в направлении которой дул легкий ветерок и куда устремлялся дым, была свободна от окружавших его людей.

-  Что может нам рассказать  о древнем знании какой-то полуграмотный шаман?

-  Вы, Вадим, неправы. Шаманство в этих краях – это не только колдовство в европейском понимании. Это еще и  память о предках и их знании, которое изустно передается от поколения к поколению. Может быть, шаман и не совсем грамотен по нашим меркам. Кроме того,  как я слышал, некоторые из них обладают  искусством создавать силой мысли различные предметы, а также живые существа.  Таких существ они называют тульпами.  Реальность  существования  этих  своих созданий даже  они сами  истолковывают  достаточно необычно.

-  Что же необычного в призраках или миражах, создаваемых нашим сознанием?
-  Не скажите, Вадим. Тибетские мистики утверждают, что напротив, все воспринимаемые нами явления, вкупе с окружающим нас физическим миром, являются лишь продуктом нашего воображения. Поэтому для них действительность существования тульпы вообще не составляет предмета для размышления, поскольку как  физическая, ощущаемая нами материя, так и мысленно создаваемые ее формы  для них присутствуют исключительно в воображении, и одна из них не более реальна, чем другая. Так что не забывайте, это для нас он  – только шаман. А для своего племени он к тому же еще и хранитель исторической памяти. И возможно, именно как раз это и составляет его главную функцию в племени.

-  Хорошо, хорошо. Я не спорю, возможно, это и так, и мы услышим кое-что интересное, полезное для наших розысков. Но где же он?

-  Какой вы нетерпеливый! Скажите, разве после сытного обеда вы сразу идете делать серьезную операцию, или же какое-то время перед операцией пытаетесь от всего отстраниться, чтобы сосредоточиться на предстоящем деле, так сказать, настроиться? А разве ему не нужно такое же сосредоточение?! Подождем, он обещал прийти.

Костер почти догорел. Юрий поднялся, прошел пару шагов, принес охапку толстых ветвей и сбросил их у костра.

-  Только не все сразу. Подкладывайте по одной, а то нам так не хватит дров до утра.

Два-три  обрубка ветвей были брошены в пламя, которое от них стало ощутимо набирать силу. Говорить никому не хотелось. Все сидели, внутренне  скованные,  в ожидании предстоящих действ местного шамана. Все знали, что это будет особый  сеанс. С этим шаманом,  известным далеко за пределами местного стойбища, заранее договорились. Он не будет проявлять свое искусство лечения, не будет толковать чью бы то ни было судьбу, не будет призывать  тех или иных духов природы  на невзгоду или благодать. Нет, он лишь попытается в своей манере передать знание своих предков в том виде и форме, в которых ему сообщил их его учитель.

Неожиданно перед костром из темноты  возникла  фигура человека, за которым следовал другой. Первым был шаман, его сопровождал переводчик. О возрасте шамана было трудно что-либо сказать. Его осторожные, скользкие и по-кошачьи мягкие движения говорили о молодости тела и о его силе. А множество морщин, избороздивших  его лицо,  похожее на сморщенный апельсин, указывали на преклонный возраст. У всех пронеслась одна и та же мысль – «Это и есть шаман?» Они все ждали невообразимое существо в нелепой   одежде, составленной из разноцветных лоскутков, с невероятными ужимками, гримасами, в общем, какого-то местного клоуна. Но этот человек был одет современно и даже очень  -  в джинсы, свободную куртку и  молодежного вида башмаки.

Не дожидаясь приглашения и никого не приветствуя, шаман сел на свободный пенек. Внимательным взглядом обвел сидящих вокруг костра,  видимо,  пытаясь  определить, а не на потеху ли все это затеяли?! Удовлетворившись осмотром, он  обратил  взор к темному звездному небу и замер. Сидевшие у костра  направили свои взгляды вслед за ним. Но многие не могли вытерпеть такой пытки долгие минуты, в течение которых он находился в такой позе. Шейный  отдел позвоночника  требовал отдыха. Взгляды вновь опускались вниз, к  пламени костра. Шаман  замер на несколько долгих минут.

Он как будто бы спрашивал совета у  кого-то там, в космической дали – стоит ли делиться древними истинами с этими людьми, достойны ли они этого знания. Наконец он опустил глаза, устремил их на пламя костра и заговорил:

-  Как только появился человек, все было закончено, ибо все заключено в человеке. Он соединяет в себе все формы.  Человек – хранилище всех семян жизни в предшествующих Кругах – так говорят Древние.

Шаман на миг замолчал, как бы сосредоточиваясь на  воспоминании о дальнейшем, смысл  многого  из которого он сам не до конца понимал. Кто-то из нетерпеливых разинул было рот, чтобы задать вопрос, но Эрик угрожающе замахал на него и прошипел: – тссс, - призывая к молчанию…

Шаман начал потихоньку раскачиваться и переходить на речь, подобную речитативу:

-  Четыре расы человека были и исчезли, но семена рас остались во Вместилище…Каждый сороковой год  в сорок Солнц в новой расе  двуединое становится разделенным; рождаются – один мужского, другой – женского пола.

-  Потом был  переход… -  шаман на мгновение замолчал, перестал  раскачиваться, замер, устремив свой взгляд на пламя костра. Как будто его что-то остановило. Не отрывая взгляда от пламени, оцепенев, монотонным голосом он продолжил:

-  Потом было время, когда раса великанов превратилась в расу пигмеев. Наступят времена, когда все Круги повторятся, но наоборот…

Шаман замер, и речь его угасла. Много долгих минут прошло в тягостном ожидании – может быть, он скажет что-то еще? Но шаман молчал. Спустя полчаса он молча поднялся и, ни с кем не прощаясь, удалился вместе со своим сопровождающим в ночь…

-  Ну и что же теперь, что мы узнали? – самый прагматичный член экспедиции вывел всех из задумчивости.

-  Думаю, что он нам поведал часть оккультного знания, – Эрик  засунул сухую ветку в самую сердцевину костра и закончил:

-  Об этом я уже читал у известной писательницы прошлых веков.

-  Что за знание? Он так все это завернул, что без специальных разъяснений ничего не понять!

-  В свое время  Елена Блаватская  все это подробно описала. Но вот  что интересно: откуда шаман в такой глуши  мог знать  то, что является едва ли не тайной оккультного учения?!

-  О чем это вы, Эрик? О какой тайне?

-  Собственно, для мыслящего ума это и не тайна вовсе. Подумайте хорошенько. Круги означают циклы, в пределах которых  рождаются, развиваются и умирают человеческие  расы. Но расы не в современном понимании этого термина. Ведь вы сразу подумали, что речь о белой, черной, желтой расах. Нет, совсем не так. Расы, в соответствии с древним знанием -  это, как бы лучше сказать, этапы перехода Разума из энергетической формы своего существования, из формы плазмы  в физическую форму, в человека. От энергетики Космоса до тела человека  Разум, по оккультному, если хотите, экзотерическому учению,  уже прошел долгих четыре Круга, или четыре  расы -  эфироподобных, мы бы сейчас назвали  их ангелами или привидениями, что и отразилось в сказках, легендах, религиозных учениях всех народов Земли. Затем была раса гермафродитов; то есть раса ангелоподобных, эфирных  разумных существ  воплотилась в  физические тела с функциями самоопло-дотворения. Они, как нынешние наши птицы, откладывали яйца.

Эрик замолчал, задумавшись о чем-то своем,  и,  казалось, забыл о теме разговора. Кто-то в темноте у  костра зашевелился, видимо, обдумывая  вопрос. Эти шорохи вывели Эрика из задумчивости, и он продолжил свою мысль:

-  Кстати, вам не кажется странным, что некоторые из земных ныне живущих женщин унаследовали этот способ рождения ребенка? Я читал статью  о том, что в Южной Америке были случаи, когда женщина  рожала не младенца, а яйцо,  в твердой, кальциевой оболочке которого  содержался полноценный здоровый человеческий зародыш. Под наблюдением врачей из этого яйца выходил вполне жизнеспособный человеческий ребенок. О чем это говорит? О том, что человеческий организм сохранил информацию о тех временах, когда его плод появлялся в этом мире в твердой оболочке в виде яйца. Видимо, организм  современной женщины помнит информацию и способен  накопить такое количество кальция, или я не знаю каких еще веществ,  чтобы еще в своей утробе превратить жидкую плаценту в твердую, жидкость превратить в скорлупу.

- Эрик, об этом я тоже где-то читал, но это может быть и ложной информацией. Знаешь, как любят журналисты поразить воображение своих читателей? Иногда такое напечатают! Но я хочу тебя спросить о другом. Ты же говорил о четырех расах, а назвал только две.

-  Ах да, я отвлекся. Так вот, после  гермафродитов была  раса, в которой два соединенных в одном теле пола разделились, и это была раса великанов, под 3-4 метра ростом. Возможно, именно о них рассказывают легенды  как о расе атлантов. Эта раса тоже исчезла. А затем, спустя многие сотни тысячелетий, появились их потомки  в виде  современного  человека. И поскольку, как  говорил об этом шаман, Круги должны когда-нибудь завершиться, нынешнему человечеству предстоит долгий обратный путь. То есть  путь совершенствования разума, возвращение к андрогинной форме существования и переход в энергетическую фазу существования,  -  Эрик обвел взглядом сидящих у костра и, улыбнувшись, добавил: – Но нам это не грозит, мы до этого не доживем…

*   *   *

На другой день они стали сворачивать лагерь. Они выполнили свой план на эту неделю путешествия. Добрались до преддверия  Гималаев, получили определенную информацию у местного шамана. Хотя она была в такой форме, что  породила больше новых вопросов, нежели ответила на прежние. Тем не менее, вместе с информацией, вычитанной ранее, она кое-что подтверждала. Далее предстоял переход уже непосредственно в Гималаях.

Тибетская деревенька, являвшаяся конечным пунктом их маршрута, состояла из нескольких каменных домиков. Рядом располагалась пагода. Они не стали останавливаться в каком-либо доме, а поставили палатки недалеко от деревеньки. Все жители выразили большую заинтересованность  путешественниками, особенно дети. Они подолгу сидели около палаток и молча глядели на пришельцев.

Предстоял путь к вершинам, а это требовало проверки снаряжения и подготовки. Они обустроили свой палаточный лагерь с расчетом как минимум дня на два. Когда наступила ночь, и все жители  ближайшего поселения закрылись в своих домах, они наконец-то получили подобие  уединения. Некоторые занялись костром, другие - приготовлением пищи.

Когда, наконец, все было готово, все опять собрались у костра.

-  Эрик, скажи, пожалуйста, что имел в виду шаман, помнишь, с которым мы общались две недели назад, говоря о «сорока солнцах»?

-  Когда-то, многие миллионы лет назад эклиптика Земли была другой. Я специально изучал литературу по этому поводу. И в те далекие, очень далекие от нас времена  «солнце» означало целый год, состоящий тогда из одного дня, так же как в арктическом поясе он сейчас состоит из шести месяцев. А из этого следует, что ось Земли постепенно и постоянно изменяет свой наклон по отношению к эклиптике. И тот период, о котором нам поведал шаман, имеет отношение к периоду времени, когда наклон Земли к эклиптике был таков, что полярный день  продолжался  практически целый год, лишь на  короткое  время  переходя в сумерки, чтобы потом опять открыть людям лик Солнца.

-  Шеф, а почему полярный день? А не день тропиков, например?

-  По этому поводу существует множество легенд, например, о стране Гиперборее. Если верить легендам, материк, на котором была прародина человечества, находился на севере строго под Полярной Звездой того периода. Сейчас Полярная звезда другая, эклиптика сместилась, так же как и ось вращения Земли. И потенциальные места, где могли бы храниться  так называемые семена человеческой расы, возможно, ее ДНК, должны были быть скрыты в надежных местах, на высотах, которые недоступны волнам океанов, всемирным потопам.  И одно из таких потенциальных мест – это Гималаи, куда мы с вами наконец-то добрались.

-  Эрик, мне не до конца понятен смысл, который ты вкладываешь в понятие «раса». Да и шаман об этом  бормотал что-то не очень ясное.

-  Все описания оккультистов, информация, которую я почерпнул из разных источников, и слова шамана, о которых ты, Юрий, вспомнил, сводятся к одному. Когда-то  человечество было единым. Еще в прошлом веке археологами, по-моему, в Египте были обнаружены следы и скелеты людей, которые занимались добычей камня 60 тысяч лет назад. Причем артефакты свидетельствовали о том, что  отличительные черты людей разных наций и рас, которые мы наблюдаем ныне, в  них отсутствуют или только намечаются.  Итак, может быть, всего каких-то 10-20 тысяч лет назад  наступило время разделения на расы. А до этого человечество было единым.

-  Но возможно, в этот процесс вмешались инопланетяне? Кто знает?

-  Нет, Мурат, я думаю, на земле все происходило по-другому. Помните описания  древнего  эпоса страны, в которой мы недавно побывали, -  Индии? Возможно, когда-то местные дикари противостояли завоевателям-землянам с другого полушария Земли, имевшим  оружие,  подобное  атомному. Так же  как в совсем недавней истории испанцы завоевывали индейцев Америки, или европейские цивилизации папуасов Гвинеи и т. д.  Завоеватели исчезли, вернулись в родные края, ассимилировали с местным населением и т. п.,  но остались народы, которых завоевывали и у которых  сохранились  искаженные истории в форме легенд об оружии завоевателей. А затем произошла мировая  катастрофа, и все цивилизации погибли и возникли вновь спустя десятки тысячелетий, но начали свою историю опять с варварства, сохранив лишь те сведения, которые уцелели в легендах. И так цикл за циклом. Мы сейчас живем в очередном таком цикле, который тоже  может закончиться ничем – всеобщим разрушением и потерей знаний. Так что необязательно все сваливать на инопланетян. А вспомните  историю Мертвого моря –  как оно образовалось? Что-то когда-то, возможно,  в результате разрушительных военных действий послужило  катализатором образования соли.  Надо бы провести исследования в его глубинах. Наверное, найдутся отложения, говорящие о том, что когда-то море было нормальным.

*   *   *

Перед ними возвышалась практически отвесная скала, возле которой почему-то не было никакой растительности. Приборы показали, что в раскинувшемся перед ними горном массиве  множество пустот, представлявших собой естественные пещеры. У подножия скалы темнел вход в одну из них.  Предосторожности ради, перед тем, как попытаться  в нее проникнуть, решили проверить  состав воздуха. Прибор показал наличие  в пещере  небольшого количества углекислого газа. Видимо, по этой причине  чувствовался некоторый перепад температур – внутри пещеры воздух был явно теплее, чем снаружи.  Но отсутствие в ней солнечных лучей не позволяло углекислому газу создать парниковый эффект. В пещере было прохладно, но не влажно. Ощущалось, что температура  была неизменной, возможно, на протяжении многих тысячелетий.

Вход был низким и Эрику, шедшему первым, пришлось  входить в пещеру  сильно согнувшись. К его удивлению, там оказалось достаточно светло.    

Когда он вошел  в то, что они считали пещерой  сомати, в ее глубине он увидел на каменном возвышении друзу кристаллов, излучавших  ровное и очень яркое бело-голубое сияние. В пещере стояла мертвая тишина – ни шорохов, ни потрескиваний, какие бывают при электрических разрядах. Как будто все замерло, подчиняясь силе этого необыкновенного сияния. Сияние завораживало, не было сил сдвинуться с места, а в голове возникали странные образы. Эрик услышал звук шагов шедшего  следом  за ним Юрия, обернулся и вдруг  почувствовал, что теряет зрение.

-  Юра,  помоги, я ничего не вижу! Только не смотри на свет.

Юрий не  успел толком разглядеть источник света.  Подхватив  Эрика, он   вынес его  наружу. Лишь через несколько часов к Эрику вернулось зрение. Но  еще несколько дней  они раздумывали, предпринять ли им вторую попытку проникнуть в пещеру.

Красота Гималаев слепила. Женская половина экспедиции, пользуясь возможностью, загорала под яркими лучами солнца. Мужчины сидели на небольших валунах, изредка бросая вожделеющие  взгляды на  полуобнаженные женские прелести.

-  Что будем делать, шеф? - Юрий завозился на своем валуне, как бы устраиваясь поудобнее  в предчувствии  серьезного разговора. -  Как специалист по технике, могу точно сказать, что без специального оборудования нам туда не попасть. Или надо что-то придумать, уж больно сильный свет. Да и с газом внутри пещеры тоже надо что-то делать. Неизвестно, как там дальше, в глубине.

-  Да, жалко, вот мы здесь, одна из целей  нашей экспедиции рядом, а попасть туда не можем! – Мурат с огорчением отбросил ногой камешек, посмотрел на яркие  снежные вершины гор, полюбовался  женскими прелестями и добавил: - Видимо, придется нам возвращаться ни с чем, как и в первый раз.

Эрик обвел задумчивым взглядом лица сидящих – «Почти как дома,  -  ответственное совещание перед сложной операцией. Ну что ж, так и поступим, как мы это всегда делаем»:

- Я попрошу всех сегодня продумать все возможные варианты. Завтра, с восходом солнца, мы примем решение,  как поступить. А сейчас всем отдыхать. Почему бы вам не воспользоваться такой прекрасной возможностью позагорать? Посмотрите на наших женщин!  Какое удовольствие они получают! Где еще на Земле вы найдете такое солнце?!

Когда последние лучи солнца скрылись за высокими вершинами и на  землю опустилась  тихая  ночь, все уже разошлись по своим палаткам. В этой  ночной тишине Эрик слышал лишь  мелко вибрирующий звук, непонятно откуда проникавший в голову. То ли сама тишина ночи издавала  тонкий вибрирующий звон, неизведанными путями проникавший в мозг, то ли сам Космос  пытался сказать слабому человеческому рассудку что-то важное.

Размышляя об этом, Эрик уже почти засыпал, когда в его мозгу сформировалась законченная мысль. Сна как не бывало. Потому что он осознал, что это не его сон и не его мысль.  Звон  тишины в голове исчез, и вместо него появился ясный мыслеобраз.

«Эрик, вы на правильном пути. Это… как вы определили… да, я нашел у вас -  это  сомати. Это… страховка  кислорододышаших, землян. Но это знание пока не для вас, не для вашей экспедиции. Еще не настало время их пробуждать. Может быть, через одно или два ваших поколения они потребуются. Их помощь нужна будет вашим потомкам».

Мыслеобраз  исчез так же внезапно, как  и появился. Эрик вперился взглядом в темный полог палатки: «Что со мной? Откуда у меня в голове такие мысли? Я схожу с ума? Перетрудился. Да еще эта очередная неудачная экспедиция. Я возлагал на нее такие надежды, и вот все кончено. Завтра надо отправляться домой. Видимо, придется взять двухнедельный отпуск и проконсультироваться с друзьями-психоаналитиками».

«Успокойся, дружок. Ты не сошел с ума». В этом следующем мыслеобразе чувствовалась ироничная нотка.  «Поверь, в большом Космосе  много такого, о чем ты даже не догадываешься. Мы с Арком – разумы. Ты, возможно, слышал уже об Аркаде, представителе твоей расы?! У нас с ним мало времени, поэтому… Исследование этих пещер для вас пока преждевременно».

Эрик вспомнил об Аркаде, о котором постоянно зудела пресса, но к информации о нем он не прислушивался. «Оказывается, мы все же не зря сюда добрались. Некоторое новое для себя знание мы все же получили».

Опять возникла  в голове чужая мысль, как бы отвечая на его незаданный вопрос: «Да, вы не зря сюда дошли. Ваше присутствие усилило сигнал. И теперь у нас нет сомнений в наличии генофонда древних рас. В подобных местах ваши древние заложили структуры, содержащие генофонд. При определенной температуре и составе воздуха они могут храниться многие циклы. Некоторые из этих структур не захотели храниться, а перешли в тела  ваших морских существ… Да, я нашел у тебя в голове это понятие, в дельфинов. Подобный слабый сигнал  мы с Арком получили также из пещер на другой стороне планеты. Кажется, там у вас  расположена Америка, в южной ее части. Нам надо, чтобы вы побывали там, рядом с теми пещерами. Приближение ныне живущих землян с особым складом ума повышает чувствительность луча. Мы должны, оставаясь на расстоянии, выяснить по лучу – ложный это сигнал или правильный. Нам надо определить, есть ли еще на Земле запасники для продолжения вашей расы».

Эрик  еще некоторое время пытался прислушаться к каким-нибудь голосам внутри себя, но так больше ничего и не услышал. Он понял, что контакт с ним прерван. «Оказывается, интуиция меня не подвела», раздумывал Эрик, у которого начисто пропал сон. «Не зря мы с коллегами планировали следующую экспедицию в Мексику. Кажется, система пирамид находится в Теотиуакане. Неудивительно, что они  так похожи на египетские. Вот и выстраивается   треугольник, охватывающий всю планету. Надо будет поработать с чертежными инструментами над атласом Земли», размышлял он, ворочаясь с боку на бок.

*   *   *