Перейти на главную страницу сайта Феоктистова Александра Григорьевича
Персональный сайт
ФЕОКТИСТОВА
Александра
Григорьевича
RussianRUS EspanolESP

Новости

01.05. 2009.
Дао Аркада
Опубликован новый роман Дао Аркада. Это продолжение увлекательных приключений Аркада.
31.03. 2009.
Новый форум
Сегодня запущен новый форум. Теперь он многоязыковой. К сожалению пользователей и темы перенести со старого не удалось. Пожалуйста, зарегистируйтесь заново.
29.03. 2009.
Испанский сайт
Запущена испанская версия сайта. Вверху страницы появились языковые флажки.
01.06. 2007.
Стихи Анны Орловой
На странице стихов появились избранные стихи Анны Орловой.

Поиск



Rambler's Top100

Наука

Государственность и этнос

Определения, обозначенные в названии данной статьи, предполагают их расшифровку. Если мы по-разному воспринимаем определения, категория, названия, то мы будем говорить на разных языках и не понимать друг друга. Что понимает автор данной статьи под «государством», «государственностью»? В нашем понимании «государство» - это «система государственной власти, которая обладает властными полномочиями по осуществлению правовых, хозяйственных, социальных, административных функций для регулирования социально-экономической, правовой и политической жизни граждан, обладающая набором элементов для осуществления своей деятельности» - наше определение. Из него следует, что, как всякая иная система, данная должна иметь свои составные элементы. В качестве таковых автор видит их следующими:

1) президент (лидер, монарх, диктатор, вождь и т.д.) и его команда;

2) совет министров (аппарат министерства, его «команда);

3) министерства, ведомства (минобороны, генпрокуратура, суд, мин. внутренних дел, мин. разведки, мин. промышленности и т.д.);

4) госдума (рада, вече, и т.д.);

5) лоббисты (партия «коммунистов», партия «яблоко», партия «оранжевых» и т.д.).

Из такого определения института государственности, а, на мой взгляд, он подтверждается системой власти в разных странах на протяжении тысячелетий, но противоречит советской идеологической схеме (по которой в институт государства политологи включают население страны - абсурд), вытекает, что «государство», «государственность», «система власти» - это все представляет собой объективные системы. Их объективность заключается в том, что данная система, ее динамика в каждый данный момент не зависит от воли и политических, юридических, социальных, экономических действий каждого живущего, думающего человеческого индивида. Конечно, в совокупности всех действий миллионов масс возникает именно та или иная государственная политика. Но это относится уже к проблеме статистики. Как мы сможем подсчитать средневзвешенные величины поведения огромных масс населения той или ной страны в той или иной ситуации и спрогнозировать тенденции развития данной страны на ближайшие пять-десять лет? Интерес (неважно, политический или экономический) отдельно взятого индивида при взаимодействии данного индивида со множеством людей преображается, а в массе населения он трансформируется в среднестатистическую величину. Интересный, с научной точки зрения вопрос, который, насколько я знаю, пока еще никто в современном цивилизационном обществе не исследовал. Кстати, средневзвешенные величины не только относительно поведения больших масс населения, но и относительно проявления экономического интереса, автор данной работы попытался проанализировать и пришел к определенным выводам, которые при случае он представит в другом труде.

Но вернемся к государственности и этносу. Свое представление о «государственности» мы уже показали. Настал черед определениям «этноса», «народа» и т.п.

Разные словари дают отличающиеся, но вполне совместимые понятия «этноса». Так, словарь иностранных слов (7-е изд. Под ред. А.Г.Спиркина, М., 1980) дает следующие определения:

- «Этнический (греч. е thnikos , племенной, народный) – связанный с принадлежностью к какому-либо народу, относящийся к нему, например, этническая группа, этнический состав населения.

- Этногенез – происхождение народа.

- Этнография – отрасль исторической науки, изучающая состав, происхождение (этногенез), расселение и культурно-исторические взаимодействия народов мира, их материальную и духовную культуру, особенности быта.

- Этнология – то же, что этнография; некоторые буржуазные ученые рассматривают этнологию как дисциплину, изучающую общие закономерности развития человеческой культуры, а этнографию – как чисто описательную дисциплину; такое разделение единой отрасли знания на описательную и теоретическую дисциплины методологически неправильно; термин «Этнология» в советской науке употребляется редко» - с.608.

Тот же словарь из древних исследователей этноса выделяет Геродота, Страбона, Цезаря, Тацита; из западных 19-20 вв. – школу культурных кругов, функциональную школу, психологическую школу; из русских – С.П. Крашенинников – «Описание земли Камчатки», 2 т., 1755; Н.Н.Миклухо-Маклай, Д.Н.Анучин, М.М.Ковалевский.

О чем говорит современность, о каких проблемах в отношении этноса?

В период «перестройки», когда начался распад искусственно созданной империи, журналисты заговорили о проблемах так называемых этносах-переходах. Например, в статье М. Салыковой и С. Яновского «Где сын твой, земля?» («Огонек», декабрь 1989, №50) речь идет о проблемах пограничного этноса – турках-месхетинцах.

Словари на этот счет, на счет «пограничных этносов», высказываются следующим образом. Так, Энциклопедический словарь (Гл. ред. Б.А.Введенский, М., 1954) говорит только: «Мессения (ударение на второе «е» - А.Ф.), область Древней Греции (юго-западная часть Пелопоннеса)…», с.372. Советский энциклопедический словарь (гл. ред. А.М.Прохоров. Изд. 2-е, М., 1983): Месхети (ударение на 2-е «е» - А.Ф.) (Месхетия), историческая область в Южной Грузии (Ахалцихский край). В 16 в. завоевана Турцией. В 1829г. часть М. присоединена к Российской империи», с.792.

Чаще всего национальные взрывы в новейшее время встречаются на территориях проживания этнического пограничья и в тех государствах, политика правительств которых является вредной с точки зрения общечеловеческих ценностей. Возникает вопрос: может ли в принципе государственная политика быть истинной с точки зрения общечеловеческих ценностей? Ответ на него лежит в плоскости соотношения государственности и этноса.

Месхетинские турки – это, видимо, наглядный пример одного из тех «переходных» этносов, «этносов пограничья», которые существуют между всеми народами мира, и совершенно понятно определяющиеся этнически между собой. Данный переходный этнос (на Украине – западные украинцы и т.д.), по видимому, не имеет четких национальных признаков, усмотрев которые бы статисты, наблюдатели, и пр. государственные клерки могли бы отнести их к какой-то этнической категории в государственном реестре подвластных народов. А потому их записывают либо в один этнос, либо в другой, в зависимости от понимания государственного клерка.

Подобные этносы, как в экономике переходные формы, являются тем необходимым связующим звеном между разными этносами, народами, с помощью которого или через посредство которого народы вообще вливаются (составляют) в человечество. Без них само человечество предстает как «вавилонское столпотворение», как изолированные друг от друга духовно нации, не понимающие интересы сторон. Без них само человечество как единая целостность невозможно. Без них никакой народ (нация) не может «выйти за свои этнические пределы», а следовательно, и проявить свою народную сущность как целостность в сравнении с другими народными сущностями; не может «мягко» перейти по связям, по культуре, по ценностям жизни (без кризиса доверия, без конфликтов) во всемирную человеческую общность как ее необходимая составляющая часть.

Народ, который преследует свои этнические «пограничья», - это народ без будущего, народ-самоубийца, ставящий себя в изоляцию от человечества и потому в условия вымирания. А точнее надо было бы сказать не народ, а государство. В соответствующей монографии мы затрагиваем более подробно эту тему. Но уже здесь можно сказать следующее. «Народ» - понятие достаточно аморфное. Это не та сила, которая провоцирует конфликты между этносами. Политики провоцируют вражду между этносами, подогревая толпу (которая не есть «народ») на инородцев. СМИ подогревают то же самое своими репортажами, якобы самыми актуальными, жгучими, по поводу которых политики должны принять решительные меры против таких-то и таких-то инородцев, подрывающих устои «нашего народа».

Согласно Гумилева Л.Н. (Этносфера. История людей и история природы. М., 1993), этнос вбирает в себя различную религию, культуру и т.д., т.е. это есть нечто, совершенно отличное от такой социальной формы, как класс.

Этнос в принципе враг государства, как государство – враг этноса. Мы имеем здесь в виду систему государственного устройства, которая, по необходимости, осуществляется с помощью чиновничества. Если первые лица в государстве не умеют или не могут управлять этим аппаратом чиновничества, тогда оно, чиновничество, берет верх. Тогда оно управляет государством, диктует свои правила игры вне зависимости от законодательных актов, которые принимают «народные избранники». Политика советского периода правления это показала все в обнаженном виде. Она была направлена на ликвидацию пограничных этносов и тем самым субъективно на укрепление того государственного строя, который давал ему неограниченную власть, т.е. политика сосредотачивалась на укреплении государственных границ. Но она объективно тем самым была направлена на вражду с народами, на агрессию в отношении соседних государств, поскольку она (политика), ликвидируя пограничные этносы в Азии, на Кавказе, в Карпатах, на Украине, в Прибалтике, тем самым устраняла переходные формы общения и культуры, с помощью которых и через которые соседние народы только и могут понять друг друга, ужиться друг с другом и перейти (культурно) друг в друга как составные части человечества. Европейские политики это поняли, вот почему они предприняли попытку объединения всех европейских этносов, в том числе пограничных (а там тоже множество пограничных этносов), в единое политическое сообщество.

В советский период обществоведения было принято в практике научных и политических публикаций употреблять термин «национальных меньшинств».

Что означает «национальное меньшинство» в пределах, скажем, какого-либо района, или области Армении, Грузии, России, или других стран? Оно означает, по сути, именно «переходный этнос», частичку народа или нации, или национальности, которая здесь, в этих условиях живет и общается одновременно с этносом, большинство которого составляет данная территория проживания населения, и со своим родовым этносом, от которого он («переходный») имеет основные социальные и культурные корни. Данное наше заключение подтверждается исследованиями социологов, проводившихся ранее. Так, например, Малиновский Л. пишет: «Национальное меньшинство, по нашему мнению, есть исторически конкретная форма этнической общности, образовавшаяся при отрыве части исходной общности (нации, народности) в результате изменения границ, а также миграции части населения данной национальности в другую местность или за рубеж, где она и проживает в инонациональном окружении и в соответствующих политических, географических и социальных условиях», с.57. ( Малиновский Л. Национальные меньшинства: теория и практика.- Коммунист, 1990, №10, с.57-64.)

И далее тот же автор отмечает. «Где же происходят в наше время (и происходили в прошлом) активные этнические процессы, процессы консолидации, интеграции, смешения, процессы становления новых черт и новых этнических (поли-этнических) общностей? Они развиваются, несомненно, наиболее интенсивно там, где есть смешанное население, малые группы, рассеянное расселение разных национальностей, где существуют не одни только большие и потому вполне устойчивые национальные массивы. Этот факт давно установлен этнографической наукой, но теоретики национального вопроса и сейчас продолжают уделять преимущественное внимание только нациям», с.60.

И далее: «У национального меньшинства обычно нет своего (обособленного) национального хозяйства, оно живет среди другого народа, составляя часть многонациональной общности. Это не статичное понятие. При некотором минимуме компактного населения национальное меньшинство может сложиться в народность (пример: возникновение народности у немцев Поволжья в течение Х?Х-ХХ веков) или даже конституироваться в нацию (например, южноафриканские буры или североамериканцы США, которые изначально были приезжими колонистами на чужом континенте, а потом конституировались в нацию)», с.58.

Наше заключение подтверждается ссылкой и на другой источник. Так, например, Долгополов Е. пишет, что «Разумеется, корни этнических конфликтов различны. Однако в своем большинстве они унаследованы от прошлого, заложившего своего рода «мину замедленного действия» национальной розни и межплеменной вражды. И, прежде всего, от того, что многие народы в силу разных причины оказались по различную сторону государственных границ. Так, например, белуджи проживают в Афганистане, Индии, Иране, Пакистане, курды – в Иране, Ираке, Турции, Сирии, пуштуны – в Афганистане и Пакистане и т.п.» (Долгополов Е. Тупики этнических конфликтов./ Красная звезда, 08.02.90.).

* * *

Что же касается термина «народ», здесь необходимы некоторые прояснения. Когда осознавшая себя социальная общность в качестве совокупной социально-нравственной целостности, определяемая термином «народ», что-то ставит себе целью и практически ее решает, то никакой правитель, или кучка правителей, или армия, или иная вооруженная или интеллектуальная сила не в состоянии этому воспрепятствовать. Вся история человечества только об этом и говорит. Так называемые социальные революции в истории есть не что иное, как именно моменты осознания населением того или иного государства самое себя в качестве социо-культурной общности, целостного единства, т.е. в качестве народа, и своих собственных, как целостности, интересов.

Мы хотели бы ввести здесь в научный оборот, как нам представляется, более точное, новое понимание данной категории. «Народ» - понятие собирательное. Это нравственная или социально-нравственная временнaя категория и к ней неприменимо какое-либо «строительство общества», или «трудовой энтузиазм народа», поскольку в реальной жизни оно проявляется мимолетно и лишь в особые, специфические моменты, когда появляются внешние факторы, угрожающие продолжению рода, самому существованию социально-биологическому сообществу людей. Одна и та же по структуре слоев и классов социальная общность в разных обстоятельствах проявляет себя и в качестве жестокой толпы, жаждущей «хлеба и зрелищ» (причем чаще всего кровавых), и в качестве культурно, нравственно и политически как осознавшая себя общность, т.е. в качестве «народа». Само происхождение этого термина в русском языке, по-видимому, связано этимологически с глаголом «народиться», родиться сверх чего-либо, сверх биологического рождения. То есть он характеризует социо-культурный процесс, в котором данная социальная общность рождается заново, но уже духовно, нарождается как осознавшая самое себя социальная общность. Аморфная масса населения посредством кристаллизации каждого ее индивида в нравственно свободную личность может в определенный момент превратиться, «кристаллизоваться» в «народ». История показывает, что это всегда происходит, если в этой массе имеются «положительные» пассионарные личности, энергии которых, как определил Л.Н.Гумилев (Гумилев Л.Н. Этносфера. История людей и история природы. – М., 1993), может хватить для инициирования процесса изменений в самом населении, и если такие пассионарные личности в высших культурных слоях общества захотят преобразовывать себя, как отметил А.И.Солженицын (Солженицын А. Образованщина // Новый мир. 1991, №5, с. 43), из «образованщины» в «интеллигенцию».

Поэтому ложны умозаключения о «народном труде», совершавшемся «вопреки» административно-командной системе, который якобы и создал советский строй. Если бы подобное умозаключение было бы верным, то любая проживавшая в СССР нация была достойна только презрения и не имела бы права называться «народом». Стало быть, коль скоро Система все-таки появилась, следовательно, у наций, национальностей и у населения в целом не было возможности осознать себя в качестве «народа», стать им. Система была «построена» несвободным населением; говорить же о «народе» в данном случае не приходится. В противоборстве с угнетающей его властью этнос еще только должен был стать народом. «Несвободный народ» – это нонсенс.

Примерами того, как та или иная социальная общность людей, по началу ведущая себя как обычная толпа, становится осознающей самое себя, как целостность, социальной общностью, наполнена и история советской действительности 20-го века, и история иных стран. В тех областях бывшей советской империи, где явления народности, народной духовности исторически пускали наиболее сильные корни, там наблюдалось и наиболее сильное противостояние режиму власти административно-командной системы со стороны населения. Уже в «перестроечные» годы это явление наблюдалось, например, в Минске в 1988 году, в Москве и Санкт-Петербурге в августе 1991 года, когда толпы населения преображались в осознающие себя как социальные целостности перед главной опасностью своего выживания, когда толпа превращалась на время в «народ». Это явление, замалчивавшееся властями, постоянно себя обнаруживало в течение всей истории советского режима, как в предвоенные, так и послевоенные годы.

* * *

Ностальгия по «великому», «сильному» государству, сила которого, собственно, и состоит только в том, что населяющие его народы объединены в единое «союзное» государство силой, показатель имперского мышления. В основу своих рассуждений оно кладет абстрактную схему, согласно которой народы земли, постепенно объединенные силой («революционно») во все более мощное и все более простирающееся политическое образование, создают тем самым некое вселенское («коммунистическое») государство, которое своим актом рождения каким-то чудесным образом «по марксизму» «отмирает», исчезает. Опыт развития человеческого общества показывает, что все существовавшие государства вместе с достижением силы и величия благодаря силе распадались с великими издержками для населяющих их народов. Чем больше центростремительные силы по созданию таких политических монстров, тем больше центробежные силы населяющих их народов. Об этом свидетельствуют хроники династий китайских императоров, татаро-монгольские завоеваний славянских племен и т.д.

Национальные взрывы в новейшее время чаще всего встречаются на территориях проживания этнического пограничья. Политика правящих кругов, направленная на усиление государственного строя посредством укрепления государственных границ в ущерб межэтнических связей, а стало быть, на ликвидацию пограничных этносов («переселение» народов), объективно устремлена на вражду между народами, на агрессию в отношении соседних государств. Ибо пограничные этносы формируют собой те переходные формы культуры и общения, с помощью которых и через которые соседние народы только и могут понять друг друга, ужиться и взаимопроникнуть в культуре как составные части единого человечества.

«Народ» - это, по-видимому, несколько национальных этносов, социально-нравственно осознавших себя в качестве единой целостности. Вправе ли одна какая-либо нация или национальная группа решать вопрос о судьбе всей социальной общности, исторически сформировавшейся в данных территориальных рамках? Вправе ли игнорировать индивидов другой или других национальностей, являющихся составной частью данной социальной общности? В современных условиях вообще невозможно поставить знак равенства между «народом» и «нацией». Ни в одном государстве мира ни одна нация не имеет достаточных оснований для взятия на себя полномочий народа, ибо она везде является всего лишь частью, пусть даже преобладающей, социальной общности. Часть, даже очень большая, не есть целое, чем является народ.

Но не народы провоцируют вражду, а стоящие над ними власти. Пример тому само возникновение этносов «пограничья». Ведь не сам по себе этнос «пограничен», но именно то или иное государственное образование своими государственными границами искусственно разделяет, разъединяет один и тот же этнос, исконно живущий на данной территории, по разные стороны двух или нескольких государств. В результате возникают «пограничные конфликты» между, с одной стороны, данным этносом, разделенным границей на два «народа», и с другой – представителями двух или более государственных режимов власти по обе стороны границы, которые своим собственным существованием и своей политикой «укрепления границ» постоянно подогревают эти конфликты. В эту «большую политику» государственных границ постепенно вовлекается все вообще население. Народы уже перестают понимать первопричину конфликта. Всю свою боль от неустроенности жизни в рамках данного политического образования они переносят уже на другой этнос. Так разгорается национальная вражда, которая в свою очередь подпитывает существующие государственные структуры власти.

«Переходный» этнос, как в экономике переходные формы, является тем необходимым связующим звеном между разными, резко отличающимися этносами, с помощью которого эти разные народы вливаются в человечество. Без них - само человечество как единая целостность невозможно. Без них никакой народ не может выйти за свои «этнические пределы», а следовательно, и проявить свою народную сущность как целостность в сравнении с другими народными сущностями. Без «переходных» этносов никакой народ не в состоянии «мягко» (без кризиса доверия, без конфликтов) перейти по связям, культуре, ценностям жизни во вселенскую человеческую общность как необходимая составная ее часть.

Например, такой великий этнос, как русский, по гипотезе Р.К.Баландина, возможно, зародился именно в пограничье нескольких других самостоятельных этносов – немцев, славян, прибалтов. Он задается вопросом о том, что нет ли в распределении древних названий деревень, рек каких-то закономерностей, «помогающих понять отношения племен в этих местах? Вроде бы уживались они мирно: пруссы, белоруссы, кривичи. Никаких четких линейных границ, подобных государственным, они не имели. Это было совместное проживание, взаимопроникновение. Сохраняя собственные традиции, они уважали обычаи соседей…Войны появились одновременно с воинами, обособлением вооруженного люда под руководством вождя. А поселения доисторических племен Русской равнины, судя по археологическим данным, не имели особых укреплений и не подвергались разграблениям и разрушениям. Конечно, были территории, где обитали почти исключительно те или другие племена. Но наряду с этим на обширных пространствах существовали «переходные зоны», где происходили синтез культур и смешение или активное взаимодействие племен. По-видимому, к такой переходной зоне и относится древнейшая земля руссов» [12].

Таким образом, до появления государственности как таковой различные народы (хотя, возможно, и в локальном масштабе в пределах территории, так сказать, «от моря до моря») осознавали себя в качестве составных частей единой человеческой общности. Естественным же образом взаимопроникала их культура, что способствовало расцвету этих народов и их духовному взаимообогащению.

Интересным является тот, археологически почти точно установленный факт, который приводит Р.К.Баландин, в отношении экономического расцвета этого межплеменного этноса руссов (россов). С научной добросовестностью о нем можно говорить, имея в виду лишь догосударственный период данного этноса, когда все соседние племена жили в мире, уважении и свободном обмене результатами своей деятельности. С начала же своих военных походов это племя уже начинает входить в письменную историю, но не как процветающий народ, не с доброй славой и уважением к его созидательной деятельности, а как завоеватель, вызывая в других народах страх, ужас своей силой и жестокостью.

С возникновением государственности эта «военная» сторона взаимоотношений среди разных народов становилась преобладающей. Государственной власти стало, что делить между народами. Это можно сказать по отношению к развитию любого этноса как на Западе, так и на Востоке и его связям с другими народами. Народ, который преследует свои этнические «пограничья», в национальной бойне пытается решить проблемы своего жизнеустройства - это народ без будущего, народ – самоубийца, ставящий себя в изоляцию от человечества и потому в условия своего вымирания.

В нашей стране политика властвующего аппарата, субъективно направленная на укрепление государственного строя, дававшего этому правлению неограниченную власть, сосредоточивалась на укреплении государственных границ и тем самым укрепление самого государства, а стало быть, и якобы на «благо» населяющих его народов. Но именно этим объективно она была направлена на вражду с народами, на агрессию в отношении соседних государств, ибо, ликвидируя пограничные этносы в Азии, на Кавказе, в Карпатах, на Украине, в Прибалтике, она устраняла переходные формы общения и культуры, «упрощала» их до невежества, делала народы изолированными друг от друга.

Итак, подведем некоторые итоги.

Во-первых, необходим пересмотр в обществоведении традиционных, устоявшихся, доставшихся нам от идеологического режима прошлого, догм, которые не отражают действительности, но затмевают разум, в отношении таких понятий, как «государственность», «этнос», «народ».

Во-вторых, необходим пересмотр основных схем обществоведения, построенных на ложных посылках. Поскольку для действующих властей советы дают профессионалы от политологии, экономики, права, социологии (реже, а надо было бы чаще), им необходимо пересмотреть свои парадигмы. Чаще всего, то, что мы видим на экранах СМИ, касающееся действия властных структур, вызывает, по меньшей мере, иронию. Складывается впечатление, что властные структуры либо не пользуются консультациями профессионалов от юриспруденции, политологии, культурологи, экономики, либо пользуются консультациями «специалистов», воспитанных на устаревших догмах.

В-третьих, на мой взгляд, сами обществоведы должны «поломать свои мозги», переосмыслить множество культурных, гуманистических понятий, касающихся продолжения человеческого рода с других, современных, позиций; обратиться к их корням в древности и вернуть им былое значение, затуманенное прошедшими тысячелетиями.

Обсудить на форуме